Генри Уодсворт ЛОНГФЕЛЛО. ПЕСНЬ О ГЙАВАТЕ . ( Поэма ),Гл.8.

VIII.

ГАЙАВАТА И МИШЕ-НАМА .

По заливу Гитчи-Гюми ,
Светлых вод Большого Моря ,
С длинной удочкой из кедра ,
Из коры кручёной кедра ,
На берёзовой пироге
Плыл отважный Гайавата .

Сквозь слюду прозрачной влаги
Видел он , как ходят рыбы
Глубоко под дном пироги :
Как резвится окунь , Сава ,
Словно солнца луч сияя ;
Как лежит на дне песчаном
Шогаши , омар ленивый ,
Словно дремлющий тарантул .

На корме сел Гайавата
С длинной удочкой из кедра ;
Точно веточки цикуты ,
Колебал прохладный ветер
Перья в косах Гайаваты .
На носу его пироги
Села белка , Аджидомо ;
Точно травку луговую ,
Раздувал прохладный ветер
Мех на шубке Аджидомо .

На песчаном дне на белом
Дремлет мощный Мише-Нама ,
Царь всех рыб , осётр тяжёлый ,
Раскрывает абры тихо ,
Тихо водит плавниками
И хвостом песок взметает .
В боевом вооруженье ,-
Под щитами костяными
На плечах , на лбу широком ,
В боевых нарядных красках –
Голубых , пурпурных , жёлтых ,-
Он лежит на дне песчаном ;
И над ним-то Гайавата
Стал в берёзовой пироге
С длинной удочкой из кедра .

“Встань , возьми мою приманку !-
Крикнул в воду Гайавата .-
Встань со дна , о Мише-Нама ,
Подымись к моей пироге ,
Выходи на состязанье !”
В глубину прозрачной влаги
Он лесу свою забросил ,
Долго ждал ответа Намы ,
Тщетно ждал ответа Намы
И кричал ему всё громче :
“Встань , царь рыб , возьми приманку !”

Не ответил Мише-Нама .
Важно , медленно махая
Плавниками , он спокойно
Вверх смотрел на Гайавату ,
Долго слушал без вниманья
Крик его нетерпеливый ,
Наконец сказал Кенозе ,
Жадной щуке , Маскенозе :
“Встань , воспользуйся приманкой ,
Оборви лесу нахала !”

В сильных пальцах Гайаваты
Сразу удочка согнулась ;
Он рванул её так сильно ,
Что пирога дыбом встала ,
Поднялася над водою ,
Словно белый ствол берёзы
С резвой белкой на вершине .

Но когда пред Гайаватой
На волнах затрепетала ,
Приближаясь , Маскеноза ,-
Гневом вспыхнул Гайавата
И воскликнул : ” Иза , иза !-
Стыд тебе , о Маскеноза !
Ты лишь щука , ты не Нама ,
Не тебе я кинул вызов !”

Со стыдом на дно вернулась ,
Опустилась Маскеноза ;
А могучий Мише-Нама
Обратился к Угудвошу ,
Неуклюжему Самглаву :
“Встань , воспользуйся приманкой ,
Оборви лесу нахала !”

Словно белый , полный месяц ,
Встал , качаясь и сверкая ,
Угудвош , Самглав тяжёлый ,
И , схватив лесу , так сильно
Закружился вместе с нею ,
Что вверху в водовороте ,
Завертелася пирога ,
Волны , с плеском разбегаясь ,
По всему пошли заливу ,
А с песчаных белых мелей ,
С отдалённого прибрежья ,
Закивали , зашумели
Тростники и длинный шпажник .

Но когда пред Гайаватой
Из воды поднялся белый
И тяжёлый круг Самглава ,
Громко крикнул Гайавата :
“Иза , иза !- Стыд Самглаву !
Угудвош ты , а не Нама ,
Не тебе я кинул вызов !”

Тихо вниз пошёл , качаясь
И блестя , как полный месяц ,
Угудвош прозрачно-белый ,
И опять могучий Нама
Услыхал нетерпеливый ,
Дерзкий вызов , прозвучавший
По всему Большому Морю .

Сам тогда он с дна поднялся ,
Весь дрожа от дикой злобы ,
Боевой блистая краской
И доспехами бряцая ,
Быстро прыгнул он к пироге ,
Быстро выскочил всем телом
На сверкающую воду
И своей гигантской пастью
Поглотил в одно мгновенье
Гайавату и пирогу .

Как бревно по водопаду ,
По широким , чёрным волнам ,
Как в глубокую пещеру ,
Соскользнула в пасть пирога .
Но , очнувшись в полном мраке ,
Безнадёжно оглянувшись ,
Вдруг наткнулся Гайавата
На большое сердце Намы :
Тяжело оно стучало
И дрожало в этом мраке .

И во гневе мощной дланью
Стиснул сердце Гайавата ,
Стиснул так , что Мише-Нама
Всеми фибрами затрясся ,
Зашумел водой , забился ,
Ослабел , ошеломлённый
Нестерпимой болью в сердце .

Поперёк тогда поставил
Лёгкий чёлн свой Гайавата ,
Чтоб из чрева Мише-Намы ,
В суматохе и тревоге ,
Не упасть и не погибнуть .
Рядом белка , Аджидомо ,
Резво прыгала , болтала ,
Помогала Гайавате
И трудилась с ним всё время .

И сказал ей Гайавата :
“О мой маленький товарищ !
Храбро ты со мной трудилась ,
Так прими же , Аджидомо ,
Благодарность Гайаваты
И то имя , что сказал я :
Этим именем все дети
Будут звать тебя отныне !”

И опять забился Нама ,
Заметался , задыхаясь ,
А потом затих – и волны
Понесли его к прибрежью .
И когда под Гайаватой
Зашуршал прибрежный щебень ,
Понял он , что Мише-Нама ,
Бездыханный , неподвижный ,
Принесён волной к прибрежью .

Тут бессвязный крик и вопли
Услыхал он над собою ,
Услыхал шум длинных крыльев ,
Переполнивший весь воздух ,
Увидал полоску света
Меж широких рёбер Намы
И Кайошк , крикливых чаек ,
Что блестящими глазами
На него смотрели зорко
И друг другу говорили :
“Это брат наш , Гайавата !”

И в восторге Гайавата
Крикнул им , как из пещеры :
“О Кайошк , морские чайки ,
Братья , сёстры Гайаваты !
Умертвил я Мише-Наму ,-
Помогите же мне выйти
Поскорее на свободу ,
Рвите клювами , когтями
Бок широкий Мише-Намы ,
И отныне и вовеки
Прославлять вас будут люди ,
Называть , как я вас назвал !”

Дикой , шумной стаей чайки
Принялися за работу ,
Быстро щели проклевали
Меж широких рёбер Намы ,
И от смерти в чреве Намы ,
От погибели , от плена ,
От могилы под водою
Был избавлен Гайавата .

Возле самого вигвама
Стал на берег Гайавата ;
Тотчас крикнул он Нокомис ,
Вызвал старую Нокомис
Посмотреть на Мише-Наму :
Мёртвый он лежал у моря ,
И его клевали чайки .

“Умертвил я Мише-Наму ,
Победил его !- сказал он .-
Вон над ним уж вьются чайки ,
То друзья мои , Нокомис !
Не гони их прочь , не трогай :
Я от смерти в чреве Намы
Был сейчас избавлен ими .
Пусть они свой пир окончат ,
Пусть зобы наполнят пищей ;
А когда , с заходом солнца ,
Улетят они на гнёзда ,
Принеси котлы и чаши ,
Заготовь к зиме нам жиру “.

И Нокомис до заката
Просидела на прибрежье .
Вот и месяц , солнце ночи ,
Встал над тихою водою ,
Вот и чайки с шумным криком ,
Кончив пир свой , поднялися ,
Полетели к отдалённым
Островам на Гитчи-Гюми ,
И сквозь зарево заката
Долго их мелькали крылья .

Мирным сном спал Гайавата ;
А Нокомис терпеливо
Принялася за работу
И трудилась в лунном свете
До зари , пока не стало
Небо красным на востоке .
А когда сменило солнце
Бледный месяц , с отдалённых
Островов на Гитчи-Гюми
Воротились стаи чаек ,
С криком кинувшись на пищу .

Трое суток , чередуясь
С престарелою Нокомис ,
Чайки жир срывали с Намы .
Наконец меж голых рёбер
Волны начали плескаться ,
Чайки скрылись , улетели ,
И остались на прибрежье
Только кости Мише-Намы .

 
004Введите свой email address:   Получай сказки на свой Email творчество
 

Автор

admin

Моё имя Высший сорт винограда - чему я очень рада . Высший сорт вина - то не моя вина ! Государство в древности , которым правил Крез ( как из лавки древностей , иль из мира грёз ). В средней Азии долина … Угадайте моё имя . http://shalyminovaip.ru/ - Архивариус Я в соцсетях : https://vk.com/id88639069 https://twitter.com/happyveter1 https://www.facebook.com/lida.shalyminova http://www.liveinternet.ru/users/lida_shaliminova/ http://www.livejournal.com/user=ext_2704968 https://plus.google.com/+ЛидияШалыминова/